Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий

Дата – 24 мая (св. Кирилл), 19 апреля (св. Мефодий), 27 февраля (совместная память) н.ст.

Когда мы учились в начальной школе, нам говорили: «Кирилл и Мефодий – просветители славян, они дали им азбуку». Потом мы становились старше и узнавали, что, оказывается, азбука была лишь инструментом для достижения главной цели – а целью этой была проповедь. История братьев – это история борьбы Духа и смертоносной буквы. К святым восходит целая миссионерская традиция, и она доказала свое превосходство – но сколько трудов было положено на то, чтобы явить миру правоту Кирилла и Мефодия!

Ведь нельзя сказать, что славяне – точнее, племена Моравии – совсем не знали Христа. Края, в которые некогда пришли эти святые, находились под покровительством епископа Баварского – многие были крещены, строились храмы, велась служба. Только смысла это никакого не имело. Так сложилось, что Римская Церковь, тогда еще единая со Вселенской, обращалась к пастве исключительно на латыни. На ней велась и вся официальная документация, а в условиях такого ущемления родного языка славянам жилось ой как несладко. Они не понимали ни слова из того, что происходило в храме. А непонимание рано или поздно рождает отторжение.

Кирилл и Мефодий, по преданию, знали язык, родной для моравских племен, хотя сами они были греками. Старший брат, Мефодий, успешно делал военную карьеру, а младший, Константин – именно так его назвали при Крещении – занимался наукой. В Константинополе, куда он прибыл из родной Солуни, он был взят в императорский дом как совоспитанник юного императора Михаила Третьего и получил при дворе блестящее образование. Ему предлагали выгодный брак, позже он стал хранителем библиотеки святой Софии, то есть практически личным секретарем патриарха… но в один прекрасный день Константин исчез. Его нашли через полгода, в далекой малоазийской обители. Придворная жизнь была ему совершенно не близка…

Что ж, многие миссионеры бывали вынуждены расстаться с мечтами об уединенной монашеской жизни ради своего настоящего призвания. Константин внял уговорам и вернулся из монастыря в столицу, где стал преподавателем философии.

Но первое испытание было уже не за горами. Иоанн Грамматик, низложенный патриарх-иконоборец, требовал публичного диспута. Что мог молодой священник, которого направили на это состязание, противопоставить доводам старца, убеждённого в своей правоте? Только Истину. Иоанн Грамматик в итоге признал себя побежденным.

С этого дня Константина уже не могли оставить в покое. Когда прибыли послы из арабского халифата, прося прислать в их столицу кого-то из христиан, чтобы подискутировать об истинной вере, Византийский император ни на миг не задумывался. Константин стал во главе этого посольства, и его миссия завершилась успехом. Конечно, обратить мусульман в православие он не мог, да и они сами не хотели этого – но защитить свою веру и своих братьев во Христе от притеснений он смог блестяще. Не обошлось без скорбей – Константина попытались отравить, но Бог защитил его. Увенчанный славой, с подарками вернулся он в Византию.

Та встретила своего героя неприветливо: в столице завели новые порядки. Кесарь Варда, новый правитель, был не слишком близок Константину, и тот вновь решил удалиться от мира. Он поселился в монастыре Полихрон, куда много лет назад пришел его старший брат Мефодий, и остался там на пять лет. Братья очень сблизились за эти годы.

Во второе свое миссионерское путешествие Константин отправился вместе с братом. Путь их лежал в Хазарский каганат – к людям, исповедовавшим совершенно разнообразные религии. Большую часть верующих составляли иудеи, немало было и мусульман. А вот христиан практически не было. Понимая, что на них возложена не только миссия, но и установление дипломатических связей с каганатом, братья серьезно подготовились к этой поездке. Прежде всего, они изучили еврейский язык в Херсонесе и пообщались с несколькими самарянскими семьями (позже они приняли христианство). Там же, в Крыму, братья подняли со дна моря мощи святого Климента Римского.

Проповедь в каганате принесла свой плод: христианам была дарована свобода вероисповедания, а Константин смог увести с собой на родину около двух сотен единоверцев. К сожалению, ни каган, ни сановники не склонились к принятию Христа. Но величайшее из деяний братьям только предстояло совершить. В 863 году князь Ростислав – о его роли в распространении христианства следует поговорить особо – обратился к императору Византии за помощью. Верующие Моравии хотели молиться на родном языке. Римский папа не внял настойчивым просьбам.

Христиан часто обвиняют в том, что с проповедью веры уничтожается местная культура. Что ж, именно так и обстояли дела в Моравии, которая лежала перед Кириллом и Мефодием. Латыни местное население не понимало, да и вообще славянская культура притеснялась немецкой. И это делали христиане! – впрочем, другие христиане, то есть святые братья, имели свой метод проповеди, вошедший в историю. Константин принялся за составление азбуки и перевел на славянский язык Священное Писание. По прибытии в Моравию, братья устроили школы. Строились храмы, где служба велась на славянском языке. Времени было отмерено ничтожно мало, всего три с половиной года – но братья смогли за этот краткий срок сделать то, чего не добились западные миссионеры за все годы своей бесплодной проповеди.

Итак, народу была дана письменность, а с ней – и богослужение. Но нужны были те, кто будет нести свет Истины дальше, когда братьям придет срок оставить Моравию…

Было принято трудное решение идти в Рим и просить у папы епископа для новопросвещенных земель. Путь был нелегок: многие, к сожалению, не принимали тех методов, которыми проповедовали братья. Для чего было обращаться к верующим на их родном наречии? Не слишком ли дерзко переводить Писание на язык варваров? Святым пришлось держать диспут с целым рядом епископов, которые, несмотря на очевидность правоты Константина и Мефодия, так и не смогли до конца понять их. Зато их понял папа Адриан – и благословил перевод Евангелия, взял Моравию под свой личный контроль, а напоследок рукоположил для этих земель священников – из тех моравов, что пришли в Рим как ученики братьев. Имена наиболее ревностных учеников широко известны – Климент, Савва, Наум, Горазд и Ангеляр. Их история требует отдельного повествования.

В Риме Константин заболел. Чувствуя скорую смерть, он принял постриг с именем Кирилл – именно с монашеским именем он стал известен у нас. Ему так и не удалось пожить в уединенной обители, как он того хотел. Но тогда, на смертном ложе, он взял с брата обещание – не возвращаться в монастырь, а закончить проповедь. «Не смей оставить учительство твое», - говорил он, - «ибо чем иным можешь ты лучше достичь спасения?» Торжественное погребение святого миссионера состоялось в Риме, в храме святого Климента.

Вняв просьбам князя Коцела, папа Адриан рукоположил Мефодия во епископа Паннонского. Эти земли лежали в границах современной Венгрии. Немецкое духовенство воспротивилось этому назначению, и по прибытии Мефодия в епархию устроили над ним суд. Долгих два года святитель провел в заключении, его пытали. Освободили его лишь по требованию нового папы, но борьба на этом не закончилась. Немецкое духовенство упорно отстаивала свои права на паству – доходило до того, что распускались слухи о уже совершившемся низложении святителя. Против него был организован целый заговор. Мефодию пришлось вновь ехать в Рим за подтверждением своего права на проповедь на языке, родном для моравов. И это право он отстоял. Вернувшись, он усердно занялся искоренением языческих суеверий, бытовавших среди славян – вот до какого «благочестия» довело навязанное им следование букве… Он рукоположил около двухсот священнослужителей, и все они обращались к народу на родном языке.

Вскоре святитель отошел от управления епархией и занялся переводом Священного Писания – делом, которое они не успели окончить вместе с братом. Помимо Библии, были переведены богослужебные тексты, Номоканон и еще несколько книг. Мефодию приписывают также крещение князя племени вислян и просвещение венгерских племен.

Мефодий мирно скончался в 885 году, перед смертью назначив Горазда своим преемником. К сожалению, с его смертью поднялась новая волна гонений на Моравскую Церковь. Богослужение на славянском языке были запрещены, а священники изгнаны, многие из них нашли приют в Болгарии. Такой черной неблагодарностью отплатил мир святым братьям за их великое дело!

Но ученики Кирилла и Мефодия не сдались – перед ними лежала Болгария, просвещенная христианством страна, которая хотела читать Библию и молиться на родном языке. Сухая и бездушная латынь никого уже не интересовала… И снова – тот же путь, что проложили братья: дарование народу письменности, развитие национальной культуры на христианской почве, богослужение на родном языке, поставление священства из местного населения. Эта православная традиция миссионерства была по праву названа кирилло-мефодиевской, и до сего дня – свыше тысячи лет! – она убедительно доказывает свое превосходство, и прежде всего тем, что обращается к сердцам людей. Обращается, не заставляя насильно принимать чуждое им учение, а предлагая его так, чтобы оно не вызывало отторжения - на одном с человеком языке, подкрепляя собственным примером и твердой верой в то, что Бог тебя не оставит.

Святии равноапостольные Мефодие и Кирилле, молите Бога о нас!